Идея туристического космолайнера – безусловно, коммерческая – очевидна: показать живой космос за деньги. Однако следующий шаг на этом пути абсолютно неочевиден: а какова же структура рынка? Сколько молодых здоровых миллиардеров, миллионеров и прочих «стотысячников» готовы – после приобретения очередной машины, яхты, виллы на престижном курорте и шикарной подружки – расстаться с «кругленькой» суммой ради десяти минут восторга и опасностей суборбитального прыжка? Быть может, имеет смысл провести анкетирование от имени какого-нибудь «спейс элит-клуба»? (Это бизнес-предложение мы адресуем «молодым штурманам будущей космокоммерции».)

Чем точнее определен потенциал рынка – тем грамотнее могут быть требования технического задания на комплекс с космолайнером, который, помимо надежности и безопасности, должен обеспечивать рентабельность своей разработки и эксплуатации. Здесь просматриваются два «стратегических» подхода: «ракетный» и «авиационный».

«Ракетный» подход предполагает осуществление суборбитального прыжка посредством ракеты-носителя. Именно такой полет осуществили в мае и июле 1961 г. американские астронавты А.Шепард и В.Гриссом в капсулах «Меркурий».

Более того, относительно «малые» скорости разгона РН позволяют снизить – по сравнению с орбитальными аппаратами – требования по теплозащите и прочности капсул, а при наличии оригинальной разработки – даже рассмотреть возможность «объединения» капсулы и РН в единое целое (этакий экскурсионный «стратоплан-попрыгунчик» областного радиуса действия).

Аэробаллистические летательные аппараты (ЛА) с несущим корпусом (аэродинамическое качество на гиперзвуке kC0.4–0.7) и крылатые (kC0.7–1.2), естественно, сложнее – но имеют повышенные маневренные возможности; там, где надо «дальше лететь» или «точнее садиться», их применение, как правило, предпочтительно.

Следует отметить также конструкции – «трансформеры», которые могут оптимизировать свою конфигурацию и несущие свойства в зависимости от участка полета. Например, на гиперзвуке это «тупоголовая» капсула, на сверхзвуке – несущий корпус, на дозвуковых скоростях – планер или автожир.

Рассмотрим теперь «авиационный» подход при проектировании комплекса с туристическим космопланом. Роль носителя в данном случае выполняет крылатый ЛА-разгонщик, как правило, с горизонтальным стартом. Чаще всего исследуются двухступенчатые и одноступенчатые системы.

В качестве «чистого» разгонщика считаются предпочтительными максимально грузоподъемные, высотные и скоростные самолеты. Удача, если подходит какая-либо серийная или, в крайнем случае, опытная машина. В противном случае необходима специализированная разработка – а это дорого и долго.

Конечно, можно исхитриться и пройти данный этап с минимальными издержками, работая компактной высокопрофессиональной командой и активно применяя инновационные технические решения (как, например, Берт Рутан, см. НК №7, 2003). Но рекорды не являются гарантией коммерческого успеха. Во всяком случае, бизнес-раскрутка проекта должна быть проведена на уровне, позволяющем по максимуму использовать полученные технические наработки, – а в настоящий момент ничего «достойного внимания и восхищения» мы не видим. Ситуация как с пилотируемым полетом на Марс: техника «может», но обществу «за такие деньги» это не нужно.

В качестве целевой нагрузки ЛА-разгонщика могут найти применение те же «баллистические», «несущие» и крылатые аппараты, о которых уже говорилось ранее. Одноступенчатые системы, к которым особенно благоволят американские разработчики (например, проект Х-33), с точки зрения технической изобретательности весьма интересны, но опять же – стоит ли овчинка выделки?

Комбинаций много. Тем не менее «прорывные» технологии – с позиций коммерческой привлекательности – пока не просматриваются. На этой «мажорной ноте» (с неистребимой надеждой на лучшее будущее) мы ставим точку (вернее, многоточие)...