В далеких теперь уже 60-х, вскоре после запуска на орбиту первого спутника, а затем и космонавтов, все достаточно быстро поверили — космос покорен. Скоро на Марсе будут цвести яблони, а люди, как однажды сказал Сергей Павлович Королев, начнут летать в космос по профсоюзным путевкам. Бурное развитие космонавтики убеждало многих в том, что так оно и будет! Да и как же иначе — вскоре после полетов Гагарина и Титова на орбите уже курсировали «многоместные» корабли с экипажем из 2—3 человек, в 1965-м Леонов впервые вышел в открытое космическое пространство, в 1969-м первый человек ступил на поверхность другой планеты, еще через год по Луне уже путешествовал «Луноход», передавая ежедневно и даже как-то обыденно снимки лунных ландшафтов, в начале 70-х на орбите Земли появились космические станции, на которых люди проводили не часы и дни, а недели и месяцы, занимаясь научными, исследовательскими и монтажными работами.

Однако именно в тех же 70-х это, вполне зримое для простого человека, развитие, шедшее до того по нарастающей, вроде бы заканчивается. Станции как летали по околоземной орбите, так и продолжали летать. Внешне менялись лишь их названия и имена обитателей. Все понимали, что там проводятся важные эксперименты, но нюансы недоступны для неспециалистов.
В итоге же бурлящий энтузиазм прежних лет сменился охлаждением к космической теме в целом. Пришло осознание того, что романтическая эпоха первых полетов, по всей видимости, завершена. На самом же деле развитие «космических» событий было направлено в русло интересов двух сверхдержав, соперничавших на Земле и потому погруженных в заботы, весьма далекие от организации массовых «круизов» на другие планеты. Им нужен был космос военный и космос научный.

Быть может, сегодня, когда острота «большой космической гонки» снята, а государство готово «подвинуться» и дать простор частной инициативе, допустив в космическую отрасль частные средства, увядшие мечты о Космосе Путешествий смогут получить новые возможности для расцвета.