Посадка в аэропорту Курумоч выполнялась с курсом 231° по схеме захода на посадку от ОПРС Кошки по курсо-глиссадной системе в директорном режиме. В процессе снижения и захода на посадку видимость на ВПП имела тенденцию к ухудшению: в течение 40 минут ухудшилась с 2300x450 метров до 225x40 метров (в 06:42). При этом оперативная информация не доводилась до диспетчерского состава[1].

Заход на посадку проходил с значительными отклонениями от курса и глиссады, о чем диспетчер посадки, осуществляющий контроль по посадочному радиолокатору, информировал экипаж, хотя и не акцентировал внимание на выходе отклонений за пределы максимально допустимых. Кроме того, технология работы диспетчерского пункта посадки не предусматривала контроля выполнения захода на посадку на окончательном этапе захода — после пролета БПРМ, по причине чего диспетчер не поставил экипаж в известность о значительном отклонении в момент, непосредственно предшествующий посадке[1].

В нарушение требований Руководства по летной эксплуатации и Инструкции по взаимодействию экипаж не произвел оценку возможности продолжения снижения на высоте принятия решения (60 метров) и продолжал снижение, не установив визуального ориентира для выполнения посадки. Лишь на высоте 25 метров КВС выдал команду о выполнении повторного захода на посадку, увеличив при этом режим работы двигателей. И лишь через 3 секунды на высоте 9 метров, за 1,5 секунды до касания земли, было зарегистрировано взятие штурвала на себя. В этой ситуации предпринятых усилий оказалось недостаточно для того, чтобы скомпенсировать вертикальную скорость снижения в 6 м/c[1].

В результате жесткая посадка была произведена в 06:42:33 справа в 100 метрах от осевой линии и в 305 метрах до торца ВПП 23. При движении самолёта по грунту подломились стойки шасси, произошло частичное разрушение фюзеляжа. Передняя часть лайнера отломилась от корпуса и завалилась влево